Re: Айны - малочисленный народ России

[кимура]

Откуда пришли айну на Хоккайдо не кто не возьмет на себя ответственность сказать.Так же и что за народ жил до айну на Сахалине.Что пишет Косарев и все остальные все с одного источника дневники Пилсудского.Я вам показал деревянный нож с огромной датировкой.Я уверен что вы не скажете какому народу этот предмет принадлежит.

[Soleil]

Откуда пришли айну на Хоккайдо не кто не возьмет на себя ответственность сказать.Так же и что за народ жил до айну на Сахалине.Что пишет Косарев и все остальные все с одного источника дневники Пилсудского.Я вам показал деревянный нож с огромной датировкой.Я уверен что вы не скажете какому народу этот предмет принадлежит.

Если это макир (Са-макир, чейки-макир) то  скажу))) Он должен быть загнут. Изображали айну на ножах в основном охоту-рыбалку и все, что с этим связано. На одном из ножей я видела изображение каппы    А на Ваш нож посмотрим обязательно))) Вот завтра у мну инет сделают нормальный и сразу фото открою и рассмотрю непременно! Но если невтерпеж, то можете скинуть мне на мыло - ток уменьшите вес плизззз сильно-сильно, а то до утра качать буду(((((( мое мыло tonya-09@mail.ru

[Soleil]

Я думал вы старше меня.Оказывается младше на два года .Ну вы же поняли большую датировку этому материалу.На сколько я знаю айну 500 лет на островах.

Ну, да, я ещё шпана  Вот тож когда с Акуловым   (питерский профессор - айновед, наверное Вы в курсе) 4 года назад начала общаться, то тож "Выкала" ему, думала ж шо он профессор! А ему на тот момент оказалось 28 лет  Так что кампай 
Что касается датировок))) Ну а как-жеть Дземон?   

[кимура]

Если даже эти деревянные изделия периода  Дземон как можно доказать что принадлежат айну.Имеется еще мтериал из дерева с этой стоянки.

[212-й]

Почистил немного тему, не обессудьте. Тем более, что предупреждал. Всем интересно читать об айну, но не личную переписку хороших людей.

Надеюсь на понимание.

[Soleil]

Перед публикацией, очень хочу обратиться ко всем, кто читает эту тему. Материал, который я выкладываю ниже, на просторах интернета не найти, его попросту нет, во всяком случае русскоязычного электронного варианта. Хоть авторство материала и не моё, но интерпретация моя, равно как и пояснения и дополнения. Поэтому убедительная просьба ко всем, кто его копирует, занимается перепостами и т.д. делать ссылку хотя бы на этот форум. Очень надеюсь на Вашу порядочность. Этот материал очень интересен))) В нем пойдет речь о женских поясах целомудрия у айну сита химо или как его называли сахалинские айну - цяхцянка.

Автор Миэ  Хагинака
Перевод с японского С.  Лим.
В тексте использую также материалы М. Осиповой и П. Гонтмахер

СИТА ХИМО – ПОЯС ЦЕЛОМУДРИЯ
Сита-химо – Это своего рода символ материнской линии, по нему, точнее по узору, который вышивали на нем айнские женщины, можно определить всю родословную хозяйки. Здесь немного отступлю. У айну высоко ценилась способность создавать неповторимые узоры на ткани. С самого раннего детства мать обучала свою дочь искусству шитья и вышивания.    Девочки учились сначала рисовать, а потом и вышивать сперва распространенные айнские узоры, такие  как скобка или завиток. Композиционное построение узоров отличалось от региона к региону, поэтому оно передавалось от старшего поколения к младшему, приобретая со временем новые черты. Предполагалось, что девушка должна уметь создавать свой собственный узор, беря за основу узор матери.  Когда мать бралась за шитье, дочь должна была сидеть рядом и повторять все движения матери во время шитья.  Эти уроки называются - айюсинукар.  Дети относились к ним со всей серьезностью, т.к. знали, что всю свою жизнь они будут оцениваться за то, насколько они хорошо владеют искусством шитья. Быть искусной в вышивке, считалось большим достоинством женщины и девушки. Подтверждением вышесказанному служат строки  менокоюкар (героическое сказание, где в качестве героя женщина), записанной Н. А. Невским (1892-1937) от айнки Копоану: "Бывало рядом с собой посадит меня малютку и, лоскуточки материй вынув, их мне вручает, пошивши крупно, пошивши мелко, ему даю я".К 12-ти годам большинство девочек уже становились настоящими помощницами матери в изготовлении одежды, а к 14 – 15-ти годам, как правило, каждая девушка уже практически полностью овладевала искусством шитья, вышивки и художественного оформления одежды.
С сита химо у айну было связано множество табу. Считалось, что если айнка не будет носить такой пояс, то после смерти она не сможет встретится со своей матерью, бабушкой, прабабушкой и т.д. По тому, как делались эти повязки, по виду и способам надевания можно было определить женскую родословную. Сита химо - пояса целомудрия айнские женщины бережно повязывали прямо на тело. Они передавались от бабушки к матери, затем дочери и далее внучке.
Сита химо тщательно оберегались от прикосновения и взглядов даже собственного мужа. Когда бабушки рассказывают о сита химо, то говорят вполголоса и стараются, чтобы мужья даже не услышали их. Когда изготавливают сита химо, избегают людских взглядов. Стараются не делать их днем. Но если вдруг такая необходимость возникает, то стараются закрыть пояса чем угодно, лишь бы посторонний взгляд не увидел их сита химо.  Но, несмотря на такую тайну и столь высокую секретность, пракически каждый знал, у кого какое сита химо.))))) Тех, кто носил одинаковое сита химо у айну называли sine-upsor, что означает "один карман" (в японских кимоно вещи прятали за пазуху, как в карман, и поэтому смысл этих слов означал бережное, теплое сохранение). Есть или нет sine-upsor имело большое значение для свадьбы, родов и смерти. Когда айнка умирала, то обмывать и обряжать ее в смертное могли только люди из sine-upsor. Даже когда умирала мать мужа, то даже помощь невестки (жены сына) была недопустима. Примерно 70 лет назад этот запрет всё ещё выполнялся. Брак внутри sine-upsor конечно же был запрещён. Если кто-то нарушал этот запрет, то его серьезно наказывали – бывали случаи, что таких людей выгоняли из торы (деревни) и заставляли жить на o-put-sak-nau (на безымянной речке). На Айну Хоккайдо сита-химо называют   просто upsor (грудь, пазуха) или upsor-un-kut (пояс на груди или за пазухой), или ra-un-kut (нижний пояс). Об этом сведения есть, но вот что  касается сахалинских айнов – данных, увы,  почти нет.
Продолжение ниже))))

[Soleil]

В 1943 году, когда нынешний Сахалинский краеведческий музей назывался "Музей губернаторства Карафуто", в вып.5, №1 была опубликована работа Тири Масио и Ямато Киео  "Объяснения о предметах быта айнов Карафуто". В ней они упоминают о простом шнурке из крапивы, который назывался raun-kux (пояс целомудрия). Он хоть и назывался cahcanki - пояс целомудрия, но, скорее всего, имел магическое, религиозное значение.  Его изображения, увы нет. Рисунок raun-kux есть в другой работе Тири Масио "Классификация словаря айнского языка"  (Бунруй айнуто дзитэн), вып.3 в разделе "Человек" (о так называемых поясах целомудрия айнов Карафуто). Там приводятся три изображения, но нет никаких пояснений. Особого внимания заслуживает пояс, который состоит из двух шнурков, местами обвязанных тканью, передняя часть сделана из двух шнурков, скрученных в один и постепенно сужающихся. Эта форма характерна и для ra-un-kux хоккайдских айнов. Ra-un-kux - нижний пояс или  пояс целомудрия – такое понимание не будет ошибочным. До этого о набедренных повязках айнов Карафуто (Сахалина) говорили  cahcanki. В вышеупомянутой работе Тири Масио было дано цветное изображение пояса айнов Карафуто. С 1953 года в музее Абасири подобные изделия стали продавать в качестве сувениров небольшого размера (9см х 7см), только после этого они стали известны. Хотя и есть мнение, что Ra-un-kun Карафуто и Ra-un-kut Хоккайдо одинаково являются набедренными повязками, но на самом деле неизвестно, когда и зачем они использовались. В этом помогла разобраться Канэтани (Каная) Фу-сан (1921-1986). Она родилась на западном побережье Карафуто в Райчихи в семье Ямада Мандзиро-мару и была старшей дочерью. У отца было айнское имя Ноотопа-ауну, у матери – Эсохранке-мах. Мать свободно говорила на языке айну Карафуто, много знала, была мастерицей рассказывать предания, кроме того, была шаманкой. В 1985 году в ходе работы международного симпозиума "Восковые валики Пилсудского и айнская культура", проводимого  Хоккайдским университетом, Фу-сан пропела Оины  – легендарные "божественные песни"  и была встречена бурными аплодисментами. Ровно через год в 1986-ом, Каная Фу-сан скоропостижно скончалась. За 4 года до смерти, она в г. Токоро стала готовить записи обо всем, что касается жизни айнов Карафуто.  С ее слов стало ясно, что сита химо, которые были представлены в качестве сувениров в музее Абасири, изготовленные по образцам, увиденным у айнских женщин, не являются настоящим cahcanki. Это подтвердил и директор музея Енэмура Есио. И если обобщить ее рассказы, то оказывается, что эти сувениры на самом деле являлись тем, что называлось cihcika unpe и использовалось для детей. Половые органы девочек называют cihci  и не означает ли это название того, чем прикрывают половые органы девочек? Девочки не носили нижнее белье – ara-pe-niimi и этот предмет носили, чтобы прикрыть переднюю нижнюю часть тела. Размер делался по девочке, поэтому точно установленного не было. То, что использовали взрослые kiska-un-pe, kahka-un-pe, является увеличенным по сравнению с детским. Но это не значит, что эти вещи постоянно носили на теле. То, что носили постоянно, называется ra-un-kun и носится до самой смерти. Подобие пояса обертывался вокруг тела  и завязывался ближе к левому боку, концы укладывались на животе. Это был самый важный женский амулет. Дочь Фу-сан Хару-сан говорила, что у нас  cahcanki нет. Есть cohconke, то, что прячется от мужчин, что, скорее всего, смешали cihcika-un-pe и  cohconke и сделали этот сувенир. То, что называют   cohconke, является передней частью cihcika-un-pe в виде четырехугольника. Дети этим пользовались не часто. Мальчики частенько бегали голышом. Став же взрослыми, обматывались похожими на набедренные повязки tera, а с возрастом несколько раз заворачивались во время торжественной церемонии. На основе этого стоило сверить айнский язык Фу-сан. В работе Хаттори Сиро "Словарь диалектов айнского языка" (Айнуто хогэн дзитэн) нет слов cih (chin), cit (chit), cihci, citci. В «Бунруй айнуго дзитэн» слово, указывающее на "половые органы женщин" обозначается chit (Хоробэцу – диалект на юге Хоккайдо), chichi (Бихоро – северный диалект). В хоккайдском диалекте в конце слова на t в диалекте Карафуто меняется на h. И поэтому не является странным понимание Фу-сан, что и cih и cit являются женскими органами. Кроме того, в "Словаре диалектов айнского языка" нет этих слов, но в "Классификации словаря" есть выражение kiskasike (Усоро – ныне поселок Орлово, Углегорского района Сах.обл.), enkis (Сираура – ныне село Взморье Долинского района Сах.обл.), kaxka (Маока – город Холмск, Сах.обл.), и все они, эти выражение означают одно и тоже - женские половые органы. Есть и слово chaxki, что означает – повязка айнов Карафуто.  Фу-сан говорила, что у них нет слова cahcanki, а Фудзияма Хаару-сан утверждала, что это амулет и его никогда не снимают с тела. Это подтверждается и в "Классификации словаря айнского языка": Raun-kut (ch-i) Ra-низ, un-падеж определения, kut-пояс (Хоробэцу) – женский нижний пояс, так называемый пояс целомудрия. То же самое Raunkux (Маока). В этой местности Chaxchanki нет. В упоминавшихся выше "Сообщениях музея губернаторства Корафуто" за 1943 год утверждается, что Raunkuh - это пояс целомудрия. А что касается caxcanki пишется следующее.
Продолжение ниже)))

[Soleil]

 Cahcanki больше похожи на хоккайдские "исима". Об "исима" уже говорилось как о треугольниках. То, что показывали в Сирохаме (поселок в Нисимуро, префектура Вакаяма), было полукруглым. Когда спрашивали у айну об их первоначальном предназночении, то они не могли ответить. В старину, возможно, айну использовали их для изгнания злых духов. Об этом упоминается и в их сказаниях. Точно такое же описание Raun-kuh и  chahchanki появилось через 25 лет в работе Ямамото Юко (Хирохиро – 124-ый император) "Утварь и жилище айну Карафуто" (Себакусебо, 1970год). Рисунок chahchanki (Сирохама) очень похож на средний рисунок в "Классификации словарей айнского языка". По словам Вада Канн, эту повязку нашел  Вада Бундзиро (врач, ученый-фармаколог, археолог, лингвист, занимавшийся на Карафуто изучением медицины айнов), после этого, в 1943 году она была одолжена кому-то и ее местонахождение не известно. Но что касается  chahchanki, возникает два вопроса. Первое, в работах "Сообщения музея губернаторства Карафуто", "Утварь и жилища айнов Карафуто" говорится, что она использовалась в качестве налобной повязки (накладывалась на брови для отпугивания злых духов), но, что касается так называемого пояса целомудрия, получается некоторое недоразумение: Как совместить то, что носится на бровях, и всем сразу бросается в глаза и то, что прячется? В Карафуто и на Хоккайдо понятия "лоб" (как часть лица) и "лобок" обозначается почти одинаковыми словами (kip, kis, kih). Не отсюда ли эта путаница? В музее Абасири лобное украшение названо   chahchanki. Похоже, что нет оснований сомневаться. Второе, в "Классификации словарей айнского языка" в разделе "kara" - указан так называемый пояс целомудрия айнов Карафуто и представлены 3 рисунка: для первого указан размер, поэтому его можно считать одинаковым с  "kara", изображенные на 2-м и на 3-м рисунках различаются. Второй рисунок должно быть Raun-kuh. И третий, хоть и отличается узором вышивки, но по форме очень похож на налобное украшение в музее Абасири. Размер не указывается, поэтому нельзя сказать точно. Судя по рисунку, можно предположить размеры: примерно 4 сун х 2,4 сун (1 сун – 3.03 см), т.е. и по ширине, и по длине меньше того, что изображено на рисунке 1. В музее Абасири имеются такие экспонаты, т.е. налобные украшения (то, что накладывалось на брови). Эти chahchanki соответствуют хоккайдскому "исима". Исима имеют три вида: в местечке северо-восточнее Токати, а также Кусиро, Сиранука, Куссяро. Первая разновидность распостранена по всему Хоккайдо. Эти набедренные повязки называются raun-kut, upsor, upsorkut, ponkut,. Вторая разновидность – на хоккайдских  набедренных повязках края обычно обшиты черной тканью. По форме: четырехугольные, треугольные, ромбовидные. В большинстве случаев, с одной стороны пришита ткань (2,5см х 5см). В целом их называют pusa, но в Токати эту часть называют исима. Третья разновидность, похожая на chahchanki, набедренная повязка в виде фартучка, прикрывающая переднюю нижнюю часть туловища. Только не в форме полукруга, а в виде треугольника из черной ткани. Обычно нет вышивки. Сэгава Киеко в своей работе "Айну но кэккон" (Айнские свадьбы) (издательство Мирайся, 1972) приводит описания первых и вторых разновидностей, но нет третьих. В этой же работе относительно второго вида следующее описание: кусочки ткани треугольной и четырехугольной формы не пришиваются. На ponkutsu "исима" (треугольник из ткани) не подвешивается (Токати), на краю ткань раньше не пришивалась (Исикари). И если все вышесказанное обобщить, то выявится очень похожая форма "raun-kun", что приводится в "Классификации словарей айнского языка". В семье Кодама однажды была показана часть raun-kun из Карафуто. Это было сделано следующим образом. Мастерица Нисихара Умэ-сан (1902-1977 гг.) родом из Сакаихама Отасама (восточное побережье Карафуто) из знаменитой семьи Хайба. Она с детства хорошо делала кимоно, украшенное ландышами. Ее мать сделала ей пояс, не похожий на chahchanki (1963 г.). Сплетенная из волокон крапивы веревка, в нее кое-где вплетена красная ткань, поверх этого пришита сложенная вдвое ткань голубого цвета. Толщина веревки, как и на Хоккайдо, у raun-kut около 0,7 – 0,8 см. Исходя из уже сказанного, можно предположить, что именно  raun-kuh и есть пояса целомудрия – набедренные повязки Карафуто. То, что касается chahchanki, то они еще остаются загадкой.
P.S. Пояса, о которых рассказала Миэ Хагинака, представляют собой два женских пояса целомудрия – трапециевидный темно-синий отрезок ткани  на подкладке, сложенный вдвое. Лицевая сторона их украшена криволинейным геометрическим орнаментом, переходящим в растительный. Вышивка выполнена шелковыми нитками. К краям пояса пришиты тесемки-завязки из такой же темно-синей ткани.

[Romesh]

Лишний флуд удалил. Возвращаемся к теме обсуждения. 

[Делв]

акварели Бёдзан Хиросава

[Делв]

пояснения

[Делв]

ещё одна

[Делв]

и пояснение

[Делв]

предметы  быта :
марек для ловли рыбы, снегоступ, колчан, охотничий нож в ножнах, свисток для созыва оленей, наконечник, стрела с деревянным наконечником...

[Romesh]

А можно комментарии? для не посвященных - это тяжело... Чем хороша Солнышко - она дает свое мнение по всем вопросам, в отличии от Вас.

[Делв]

  Думал, что .... Ну хорошо. В прошлом году у нас была выставка японского художника

[Делв]

а также были рисунки предметов айнов из Хоккайдского музея и предметы быта этого народа. Всё, что там было представлено, позволили сфотографировать за 500 рублей. Разумеется, я всё заснял по максимуму. Все предметы на рисунках подписаны. К сожалению фото больше 200 кБ тут нельзя разместить, поэтому вам нельзя прочесть, что написано под предметами.

[Soleil]

Всё верно. Речь идет об уникальнейших акварелях Хирасавы, в Южно-Сахалинске была выставка, я успела на неё попасть. О картинах я узнала в 2005, затем в Омске вышла уникальная книга "Омская сенсация", которую я получила в подарок, только в 2010 году))) Вот статья Натальи Дорошевской на эту тему))) Сейчас надо бежать по работе, поэтому Сами акварели выложу ближе к вечеру и подробно опишу, что на их изображено, что означает и т.д.

Жил-был художник один
В середине XIX века среди айнов поселился художник Бёзан Хирасава (1822–1876), известный также по прозвищу Эма-я, означающему "мастер эма" (эма – табличка с обращениями к божеству, которую японцы приносили в храмы). Он много путешествовал, но осел на Хоккайдо, женился на айнке и прожил среди народа, который в то время считали варварским, более четверти века. Современники находили его человеком не от мира сего, чудаком. Несмотря на это, он пользовался признанием, иностранцы заказывали у него картины, его даже приглашали в качестве официального художника. Неизвестно, кто был учителем Хирасавы, однако искусствоведы признают наличие в его картинах особенностей некоторых школ японской живописи. "Это очень хороший художник, и его акварели, безусловно, имеют художественную ценность, – считает искусствовед, выпускающий редактор книги "Омская сенсация" Ксения Велиховская. – Кроме того, эти работы носят этнографический характер, что очень важно. Хирасава зарисовал быт, обычаи и обряды айнов, среди которых прожил много лет. Изучение его коллекции позволило идентифицировать некоторые сюжеты: "Прививка от оспы", "Медвежий праздник", "Ловля рыбы с зажжённым факелом". Поскольку письменности айны не имели, то эти рисунки можно считать памятниками айнской культуры, представляющими огромную ценность".  В портовый город Хакодатэ, неподалеку от которого проживал Хирасава, заходили морские суда из различных европейских стран, в том числе и России. Художник продавал свои картины приезжим или менял их на бумагу и краски. "Акварели Хирасавы пользовались большим успехом у иностранцев, и, видимо, этим объясняется немногочисленность подлинных работ художника на родине. Например, в Историческом музее Хоккайдо – три акварели, две – в Токийском национальном музее, три принадлежат частным лицам, купившим их на аукционах в Европе", – пишут в одном из разделов книги "Омская сенсация" Борис Коников и  Галина Севостьянова – директор и старший научный сотрудник Омского музея изобразительных искусств имени М. А. Врубеля. Всего сохранилось 65 работ этого художника, из них 53 находятся в музеях мира и частных коллекциях. Самая большая коллекция – 12 акварелей Бёзана Хирасавы – хранится в Омском музее изобразительных искусств имени М. А. Врубеля.
Путешествие из Петербурга в Омск
Кажется невероятным, что картины с далёкого японского острова нашли своё пристанище в сибирском городе Омске. Точных сведений о том, как они оказались в России, нет. В 1980е годы известный ленинградский коллекционер Е.М. Лавренко – академик, крупнейший специалист в области геоботаники и картографии, который часто бывал на Дальнем Востоке, в Монголии и Китае, – задумался о том, кому передать свою огромную коллекцию графики, чтобы обеспечить ей достойное существование. Эту коллекцию он начал собирать в 1920‑е годы, она включала свыше 3500 произведений графического искусства и редких книжных изданий XVII–XX веков. Учёный остановил свой выбор на Омском музее изобразительных искусств имени М.А. Врубеля – музее с богатой историей, обладающего обширными фондами русской и зарубежной живописи, в том числе графики XVIII–XX веков. Таким образом, коллекция рисунков Бёзана Хирасавы прибыла в Омск и поступила в музей как работы неизвестного художника. Когда картины ставили в музее на баланс, их исследовали и обнаружили, что на оборотах нет владельческих записей, не понятно, где и когда они были куплены.  Среди 12 акварелей Хирасавы 11 посвящены жизни и обычаям айнов и одна – японцам: на ней изображена сцена казни самурая. Последняя акварель оказалась интересна не только подробным, почти документальным отображением деталей, но также и тем, что на ней художник изобразил своё имя и подпись. Все остальные акварели не подписаны. Сотрудники музея обратились в Российский этнографический музей Санкт-Петербурга (раньше часть Русского музея), который обладает самой большой в мире коллекцией айнских вещей и предметов быта: одежды, посуды, оружия, украшений. Петербургские коллеги во главе с научным сотрудником музея Ириной Карапетовой чрезвычайно заинтересовались материалом и рекомендовали связаться с японскими айноведами, в частности с профессором Шинко Огихара из университета города Чибо. Фотографии коллекции были отправлены японцам, и через некоторое время пришло заключение: в Омском музее хранятся лучшие акварели Бёзана Хирасавы! После чего в 2000 году в Омск прибыла группа японских специалистов, совместная работа с которыми переросла в творческую дружбу. А Шинко Огихара и Ирина Карапетова стали научными редакторами книги "Омская сенсация".

Продолжение ниже))))

[Soleil]

Продолжение)))

Вторая жизнь сенсации
В 2007 году Омский музей изобразительных искусств имени М. А. Врубеля представил коллекцию Бёзана Хирасавы на конкурс "Первая публикация: музейные раритеты", организованный Издательской программой "Интерроса" и Благотворительным фондом В. Потанина. Сразу стало понятно, что материал уникальный, если учесть, что рисованные и живописные изображения айнов – большая редкость. "Над "Омской сенсацией" на одном дыхании работали все: и участники рабочей группы Издательской программы "Интерроса", и музейные работники, искусствоведы, художники, фотографы, научные редакторы – с российской и японской стороны, – рассказывает Ирина Остаркова, руководитель программы. – Для нас уникальность работы над книгой, посвященной омской коллекции, состояла в том, что в нашей творческой лаборатории встретились три музея: Омский музей изобразительных искусств имени М. А. Врубеля, Российский этнографический музей в Санкт-Петербурге и Музей айнской культуры в японском городе Сираой (о. Хоккайдо). Приходилось общаться и с Омском – через полстраны, и с Японией – через полмира, и с Питером. Очень важно, что оправдался замысел проекта "Первая публикация" с точки зрения работы музеев: им пришлось активизировать свою деятельность, пересмотреть фонды, по-новому взглянуть на некоторые экспонаты". Через полгода "Омская сенсация" увидела свет. Издательский коллектив, принимая первенца, выдохнул: книга – произведение искусства сама по себе! В книге акварели Бёзана Хирасавы воспроизведены в размере, близком к оригиналу, на специальной желтоватой бумаге. Художественная задача заключалась в том, чтобы дать читателю почувствовать их материал: рыхлый, не проклеенный, желтоватый. Поэтому и обратились к редко используемой в полиграфии технологии: для точной передачи в печати белых и светлых тонов художниками книги были вручную прорисованы белила. Применить качественно такую технологию сегодня под силу не каждой типографии. Белилами пользовался сам художник, и в этом издатели также приблизили свое творение к оригиналу. "Книгу было легко делать: её оформление и дизайн диктовал сам материал, – рассказывает Евгений Корнеев, главный художник и дизайнер "Омской коллекции". – Я увидел ее сразу: то, что получилось в итоге, не отличалось от первоначального образа, композиции. Это бывает очень редко". Книга представляет уникальное сочетание: взгляд и художника, и фотографа, и собственный взгляд – когда можешь рассматривать экспонаты, читать об их предназначении. Яркий элемент книги – увеличенные фрагменты акварелей. По мнению Евгения Корнеева, этот приём используется в современных альбомных изданиях: "Нас поразило, что чем больше мы увеличивали фрагменты картинок, тем интереснее они становились". Кроме великолепного полиграфического исполнения, которым отличаются все подарочные книги-альбомы Издательской программы "Интерроса", у издания есть ещё одно преимущество: неоспоримая научная ценность. Именно об этом много говорили историки, культуроведы, музейные работники и журналисты на круглом столе, во время презентации книги в Москве во Всероссийской библиотеке иностранной литературы. Необычные рисунки японского мастера, серьёзная научная составляющая материала, сочетание разных подходов в его подаче, наконец, прекрасное полиграфическое исполнение с применением современных технологий, сделали это издание по-настоящему уникальным. Теперь "Омскую сенсацию" смогут увидеть все желающие: книга поступит в центральные библиотеки страны, часть тиража будет передана Омскому музею, свои экземпляры получат также музеи в Санкт-Петербурге и Японии. Сейчас учёные по всему миру разыскивают памятники айнской культуры. Книга "Омская сенсация" – настоящий раритет, который приоткрывает дверь в загадочный мир человеческой истории.
Наталья Дорошева

[Делв]

Удивляет умение работы по дереву. Сколько нужно всякого инструмента, чтобы сделать такое изделие для хранения иголок? Предположу: лобзик, штихели, долото, точильные камни разной зернистости. Немало для кочевого народа!!!

[Soleil]

Сами акварели выложу ближе к вечеру и подробно опишу, что на их изображено, что означает и т.д.

Сперва хотела разместить картины в этой ветке с описанием, которые приведены в "Омской сенсации" + дать по каждому сюжету свою авторскую подробную справку, но поняла, что на каждый сюжет (а их 12) у меня уйдет, как минимум неделя(((( Поэтому, думаю, что ссылки будет достаточно)))) Там найдете общее представление об акварелях и о том, что на них изображено))) 

Особого внимания (на мой личный взгляд) заслуживает акварель "Казнь самурая"...

http://sakhbut.narod.ru/14_Ainy_Khud.html


Что касается моего запроса в музей по части:

Текст небольшой, потому выкладываю:
09.2004
Ирина Оснач
Стоянку, которой ориентировочно от трех до пяти тысяч лет, обнаружили
камчатские краеведы совместно с ассоциацией коренных народов Севера.
Расположена она неподалеку от поселка Авача, пригорода областного центра.
В 60-х годах в этом районе проводила раскопки известный археолог
Тамара Дикова. Она занималась проблемой заселения юга Камчатки курильским
народом - айнами. Стоянка близ Авачи оказались более древней, чем
предполагали.
В самом нижнем слое, до которого Тамара Дикова и ее помощники не
дошли, найдено поселение карликового народа, предположительно относящегося
к новокаменному веку, неолиту, или среднекаменному, мезолиту. Череп
взрослого карлика чуть больше кулака современного мужчины. Антропологи
считают, что эти пигмеи переселились из Японии, с острова Хоккайдо. Оттуда
их вытеснили айны, которые позже были вытеснены предками японцев и пришли
на Курильские острова и на юг Камчатки.
Карликовый народ назывался "курупоккуру", что в переводе означает
"люди, живущие под листьями белокопытника, то есть лопуха". Камчатские
археологи нашли наконечники стрел, ножи, скребки из обсидиана, халцедона и
кремня, каменные топоры и тесла из зеленого сланца. Находки будут переданы
в Камчатский краеведческий музей.


//Источник информации: Российская газета (Дальневосточный выпуск) //Дата источника: 14.09.2004

14.09.2004, Российская газета (Дальневосточный выпуск)

Всякий раз, когда звоню уточнить, ответ один – Перезвоните через 1-2 недели...  Тож самое относительно горшка от ребят из "Квадратного колеса"... Вопчем думаю, что ответ на этот вопрос мы не получим никогда... Да и времени особо нет постоянно ездить в музей и теребить их... Если есть у кого время и желание, то от помощи не откажусь))) Думаю, что если несколько разных человек, время от времени буду туда заглядывать и спрашивать:  "Где косточки от тех скелетиков"    и "Где горшочек с ушками внутрь с Лопатки"   , то мож тогда и сдвинется дело с мертвой точки ))) 

P/S. Сейчас готовлю материал по восковым валикам Пилсудского (когда закончу – не знаю) 

[Делв]

про казнь

[Делв]

изображение

[Soleil]

про казнь

Мне немножко непонятен смысл Ваших постов))) Про казнь, как и про другие картины-акварели, чуть выше я дала ссылку))) Там и картина в хорошем качестве))) Буду солидарна с Romesh, и попрошу хоть как-то коментить то что постите))) А то додумывать получается плохо)))) Вот Выше Вы разместили картинки с изображением предметов быта, охоты и рыбалки айну. О каждом предмете можно рассказать много интересного))) А просто картинки... неее, думаю, что это не интересно))) Комментируйте плиззз))))) 

[Делв]

Уважаемая Soleil, к рисункам предметов быта я ничего добавить не могу, так как не являюсь знатоком культуры айнов. Единственная цель-  показать читателям этой темы хоть малую часть того, что удалось увидеть и запечатлеть. Добавляю фото лишь с целью прибавить ещё немного информации об ушедшем народе. Полагал, что это будет интересно читателям.
Картину и описание о ней выложил потому, что ваш материал (я не пользовался ссылкой) мог иметь чуть меньше информации. Если это не так, то поступите с моими снимками так, как сочтёте нужным.
С уважением, Олег.